Ристалища имели место быть в специальноназад
отведенной для этого «говорильне» (по назначению — что-то вроде кухни второй половины XX века), комнате с мягкими диванами и обилием книг, впоследствии перенесенной в Исторический музей. Какое бурное было время! «Москва входила тогда в ту эпоху возбужденности умственных интересов, когда литературные вопросы, за невозможностью политических, ста)ювятся вопросами жизни. Появление замечательной книги составляло событие.— вспоминал Герцен,—.даже бары-пи и барышни читали статьи, очень скучные, слушали прения, очень длинные, спорили сами за К. Аксакова или за Грановского.» Дом отлично сохранился (Хомяковы жили в нем до самой революции), и в 1920 году здесь открыли один из первых музеев советского времени— «Бытовой музей 40-х годов». Он так верно передавал дух времени, так рельефно и образно воссоздавал дворянский быт и атмосферу споров — что. в 1929-м его закрыли. По за девять лет своего существования он завоевал ошеломительную популярность в городе, но нему было выпущено несколько путеводителей. (С особой симпатией описывалась комната бабушки: вышедшая из моды мебель, покойное кресло, иконы, бонбоньерки; а также — кабинет хозяина: камин, дрова, чубуки, щипцы для свеч, Вольтер на полках, канделябры, звонок для слуг.)
Дата: 29 октября 2011